Вклад Григория Потанина в строительство южной столицы

Григорий Николаевич Потанин (1835-1920) – путешественник, географ и этнограф, который не нуждается в особом представлении. Его имя обоснованно ставится рядом с именем великого Пржевальского, – вклад Потанина в закрашивание Великого Белого Пятна в Центральной Азии несомненен.

Для нас интересно, что Григорий Николаевич, происходящий из казачьей семьи, родился в станице Ямышевской, что находилась рядом с Павлодаром, а значит, с полным правом может считаться нашим земляком. И еще то, что в Сибирском кадетском корпусе в Омске он учился и дружил с Валихановым.

Личность Потанина до сих пор мало исследована и осознана. Между тем, личность эта – наиколоритнейшая. Достаточно сказать, что знаменитый исследователь, прежде чем стать таковым, отмотал срок за… сепаратизм. Конкретнее – за призыв к отделению Сибири от России. А до этого был за бузотерство исключен из Петербургского университета. А все потому, что в юности начитался «Современника» и проникся «передовыми идеями» демократов.

В 70-х – 90-х годах XIX века Потанин совершил несколько великолепных экспедиций по Монголии, Западному Китаю и окраинам Тибета. Неизменной спутницей Потанина в экспедициях была его супруга Александра, которая скончалась во время 4-го путешествия и была похоронена в Кяхте.

Именем Потанина названа улица в Алматы. И это – не случайно. Потому что в отличие от Лейбница и Коперника (такие улицы в мегаполисе тоже имеются), Потанин имел к нашему городу самое прямое отношение. Был среди его основателей. Ниже я привожу выдержки из источников, по которым можно понять, как это было.

«В 1852 г. я вышел в офицеры и пожелал записаться в тот казачий полк, управление которого находилось в Семипалатинске. В тот же год меня назначили в отряд, который под начальством полковника Перемышльского должен был идти в Заилийский край. Перемышльскому было поручено положить начало русской власти в Заилийском крае. Наш отряд занял долину р. Алматы; таким образом было положено начало городу Верному».
Из воспоминаний Григория Потанина.

«Отряд остановился у выхода реки Алма-Аты из гор, а немного западнее собрались заилийские казахи на народное вече, которое должно было решить вопрос о мире или войне с русскими. Сторонники мира взяли верх. В лагерь отряда стали приходить казахи с верблюдами, навьюченными бурдюками – кожаными мешками – с кумысом для угощения казаков».
Академик Обручев, «Путешествия Потанина».

«Этот лучший по климату и плодородию почвы … уголок Западно-Сибирского генерал-губернаторства, представляющий северный склон исполинского горного хребта (Заилийский Алатау) к приилийской равнине, был издавна спорной территорией между нашими подданными – киргизами Большой орды и каракиргизскими племенами: китайскими подданными богинцами и кокандскими – сарыбагишами. Отважные и предприимчивые султаны Большой орды охотно вызывались быть нашими пионерами в занятии оспариваемого у них каракиргизами подгорья, альпийские луга которого охотно посещались ими с тех пор, как они почувствовали за собой твердый оплот в русской колонизации Семиреченского края».
Из мемуаров Семенова Тян-Шанского.

«Первый раз, когда пришли русские, они зазимовали на Иссыке в землянках. …Помню, полковник Перемышльский приехал с казаками в наш аул возле Курту и начал требовать, чтобы киргизы доставили верблюдов. Наши испугались и думали, что верблюды пропадут. Оказалось, что верблюды понадобились для перевозки муки и овса из Капала, и нам не только вернули всех верблюдов, но заплатили за перевоз и утонувших в Или. Тогда мы поверили русским и начали помогать. Мы, молодые, часто ходили в лагерь на Иссык и познакомились с казаками».
Из воспоминаний Адбана Саркутеева, местного жителя.

«Осмотрев с инженером-поручиком Александровским первые и вторые Алматы и долины между ними, мы нашли их по удобству добывания леса, большому количеству прекрасной, перерезанной арыками хлебопахотной земли, пажитей и сенокосных мест, далеко превосходящими урочища на Иссыке и Талгаре, почему и предложили Алматы местом будущего поселения».
Из письма Перемышльского генерал-губернатору Гасфорту.

«В землянках мы перезимовали отлично и спокойно. Одна беда – лошадей много пропало от изнурения. На следующую весну 1854 года … нас двинули вперед – по Каскелену и Алматинке, где ныне крепость. Главные работы по постройке лежали на пехоте. Мы рубили лес, делали рогатки, копали ров. Первое укрепление состояло преимущественно из рогаток. Большие валы и рвы, остатки которых видны еще и ныне, возведены были после».
Из воспоминаний солдата Михаила Аникина.

Ну а что Потанин? Увы, если бы молодой хорунжий меньше читал «Современник» и больше записывал впечатления, быть может, мы имели бы более пространную и цельную картинку самого начала нашего города. Впрочем, судя по всему, сам Потанин к началу строительства отношения уже не имел, – летом он был уже в Копале, осенью – в Кульдже, а потом отправился в Семипалатинск. И, честно говоря, неизвестно, бывал ли Потанин здесь еще хоть раз.

0
Голосов еще нет

Материалы по теме:

Задать вопрос автору