В соседях с медведем

Внизу на поселье вовсю буйствовала весна, но там, куда мы отправились на поиски медведя, местами на склонах еще лежал снег. «Зверь прошел здесь утром», – говорит Евгений Сидельников, директор охотхозяйства «Черная Уба», указывая на огромные, как мне показалось, следы на снежном островке. Медведь был где-то рядом! И, возможно, я его увижу… От этой мысли по спине прошелся холодок…

Это был конец апреля, в этих местах в северо-восточной части казахстанского Алтая я оказалась впервые. И впервые так близко к настоящему, грозному зверю, хозяину тайги – бурому медведю. По последним учетным данным 2012 года, только на территории охотхозяйства, а это 40 185 га, находится около сорока особей.

Основной целью моей поездки в Восточно-Казахстанскую область было знакомство с охотхозяйством «Черная Уба», организованным два года назад. Кроме того, по возможности мне хотелось стать участницей охоты на медведя, в процессе которой я надеялась побольше узнать об этом грозном хищнике. Ведь кто, как не бывалый охотник, знает о звере, его повадках, жизнеустройстве лучше всех? Пожалуй, только ученый, посвятивший изучению этого животного годы. Но таких в Казахстане мало. Единицы. Да и то, информация, которой они владеют, основана в основном на фактах 30-40-летней давности. Но к этому я вернусь позже.

Оказавшись же на склонах Рудного Алтая, я практически ничего не знала о медведях. Поэтому как губка впитывала все, что рассказывал Евгений, человек, живший по-соседски со зверем много лет, наблюдающий за ним, изучающий его. То ли из скромности, то ли согласно какому-то местному поверью, Женя не назвал цифру добытых им медведей: «Много. Не считал. Это не нужно».

Может, это кому-то покажется странным, но он буквально влюблен в этого зверя, за все время, проведенное в его обществе, я не услышала ни одного грубого слова в адрес медведя. О «медведухе» и ее «малышах» он говорил с добротой и нежностью, о «молодежи» и их проказах с улыбкой, о взрослых самцах с уважением.

Зато с гневом обрушивается на браконьеров, ведь сам никогда, даже в лихие 90-е, во времена вседозволенности, не позволял себе и в своем присутствии стрелять в медведицу с маленькими медвежатами. Ведь малышам потерять мать – это верная смерть. Впрочем некоторые «охотники» и сегодня умудряются застрелить и медвежат и хвастаться их чучелами… У таких, мне кажется, рука не дрогнет направить ружье и в человека, но сегодня речь не о них…

По урочищу Толовки

Итак, вооружившись биноклем и фотоаппаратом, в компании охотников и Евгения Сидельникова, я медленно двигаюсь по урочищу речушки Толовка. Территория охотничьего хозяйства «Черная Уба» приурочена к бассейнам рек Черная Уба и Становая Уба, верховью бассейна реки Уба и распространяется по склонам оконечностей и отрогов главного хребта Западного Алтая – Коксуйского, с примыкающими к нему хребтами Становой, Стамовой и Лямин белки.

Отлично зная местность, Евгений уверенно вел нас вперед, только поглядывал, чтоб не отставали. А идти вверх по склону мне с непривычки было не просто. У охотников была лицензия на добычу самки медведя и пара дней, чтобы ее найти.

– С самками проще, так же, как и молодняк (трех-пятилетки), они обитают внизу, – рассказывает мне Женя на очередном привале. – Самые крупные же особи (интересные для серьезных охот) держаться на высоте 1 200-1 300 над уровнем моря. Вниз не спускаются. Вверху меньше факторов беспокойства: нет вертолетов, людей, камнепадов. В таких условиях медведь не расходует энергию на страх и на передвижения.

В августе закормится и будет лежать возле ручья, высоко в горах в холодке. Шевелиться не будет. Встанет, воды попьет, опять ляжет. Вообще же активный период, или период бодрствования бурого медведя обычно длится с апреля до ноября. Наибольшая активность проявляется в конце мая – первой половине июня и в августе. Связано это в первом случае с гоном, а во втором – с началом нажировки.

Пассивный – период зимнего сна начинается с момента залегания медведя в берлогу. У подавляющего большинства медведей это происходит сразу после первых хороших заморозков, обычно еще до снега. Ждут непогоду, когда снег, слякоть, и тогда под бурю уходят. Как-то раз мы пытались проследить за одной медведухой, куда она уведет своих маленьких. А она старается по снегу не идти, где возможно, по бревну пройдет, перепрыгнет с одного на другое, а малыши за ней повторяют. Чем выше мы поднимались, тем крупнее становились хлопья снега... В общем, потеряли след.

– Жень, а где медведи делают берлогу?

– Обычно на крутом склоне под валежником, под камнями. Лаз оставляют такой, чтоб только на животе можно было проползти, а там уже выкапывают ямку поглубже, выкидывая землю наружу. Потом устилают ямку мелкой травой. Готовят берлогу с лета, периодически приходят и проверяют, не было ли там кого-нибудь. Веточку рядом сломай, он уже туда не заляжет. Проверяет до самых снегов. Очень осторожный.

Определить, где была жилая берлога, в основном можно весной, когда зверь дает след, а просто так найти очень сложно, если только случайно. Но в основном она расположена недалеко от того места, где он по осени кормился, набирал жир. По моим наблюдениям, привязки у зверя к определенному месту нет. Каждый год – новый дом.

В урожайный год медведи ложатся в берлоги поздно, а в неурожайный – рано. Кстати, по выводкам можно определить урожайность года. Один медвежонок – не жди урожая. Вообще жизнь медведей полностью зависит от кормовой базы. Кто-то из местных рассказывал, что видел медведя, пасущегося на склоне вместе с коровами. И ему не было никакого дела до них. Это потому что кормовая база хорошая: травы, ягод, кореньев – в достатке. Очень любят орехи, для чего разоряют кладовые бурундуков.

Бытует мнение, что бурундук, обнаружив перед зимой разоренную кладовую, с горя убивает сам себя. Сначала я где-то это прочел, а много позже увидел своими глазами: развороченные заготовки грызуна и рядом мертвый зверек, самостоятельно удушенный на рогатине. Может, это совпадение, но с точки зрения человека все очень логично: бурундук не переживет зиму без запасов ореха.

– Чем еще питается медведь?

– Сеноставок «шмыляет», червей дождевых собирает. Круглый год корень ковыряет. Может, конечно, и падаль, и раненых зверей добрать. Бывает, спускается пошкодничать на пасеки. И то если раньше уже попробовал где-то дикий мед.

– Медведь действительно любит полакомиться медком?

– Что ты! Еще тот кайфуша на мед! Пчелы его кусают, а он несет улей в ручей, чтобы закупать их. Раньше, в советское время, когда я работал в Заготконторе, нас специально отправляли на казенные пасеки стрелять медведей, разоряющих улья. А сейчас и пасек стало меньше, и зверь стал осторожнее.

Медведь и человек

Добравшись к полудню до «наблюдательного пункта», откуда хорошо просматривались сразу несколько соседних склонов, мы устроились на обед. Горячий чаек, приготовленный на костре, нехитрая провизия, и можно вновь продолжить разговор:

– Жень, расскажи, как складываются отношения медведя и человека?

– Обычно медведь сторонится человека, только почувствует запах, сразу уходит. Не слышит еще, не видит, а воздух носом тянет. Напасть может медведуха, защищая, как ей кажется, своих ребятишек. Малышня человека совсем не боится и бежит к нему навстречу, так вот надо каким-то образом попытаться их отвлечь и ретироваться до появления мамы.

С моим знакомым как-то приключилась история. Пошел Виктор на рыбалку, наловил уже ведерко хариуса, стал собираться домой, а тут глядь – два медвежонка выкатились на берег реки из леса. Значит где-то следом идет и мамаша. Он им кинул пару рыбешек, а сам в лес отступает спиной. А что медведю, даже маленькому, одна рыбка? Заглотили и бегут за ним следом. Пришлось Виктору опрокинуть ведерко со всем его содержимым. После чего у него появилось несколько минут, чтобы скрыться в лесу. Вот так порыбачил!

Осторожно, медведь!

– Что делать, если встретился с косолапым?

– Если человек случайно вышел на медведя в лесу, ни в коем случае нельзя бежать и поворачиваться к нему затылком. Нужно смотреть ему в глаза и потихоньку отступать. Медведь, несмотря на его внешнюю вроде бы неуклюжесть и неповоротливость, зверь очень проворный, и бегает он быстрее нашего брата. Убегающий от хищника человек провоцирует его на нападение. Но это случается очень редко. Как я уже говорил, крупные особи обитают высоко в горах, вдали от туристских троп. А мелкие нападать не будут.

Если вы не охотник и у вас нет задачи выследить зверя, и подойти к нему на близкое расстояние, то идя по лесу, нужно создавать как можно больше шума. Поверьте, медведю так же, как и вам, не нужны случайные встречи. Он уйдет задолго до того, как вы к нему приблизитесь.

…Так как нашей задачей было все-таки выследить зверя, мы передвигались по местности насколько можно тише. Обследовав после обеда еще несколько склонов, но ничего не обнаружив, кроме табунка маралов, было решено разворачиваться в сторону нашего лагеря. Назавтра же снова выйти на поиск. И вот когда мы уже расслабились, предвкушая уютный ужин у костерка, а наши ноги наращивали темп в сторону стоянки, Женя увидел в бинокль медведицу!

И это на обратном пути, почти в том месте, где мы проходили утром. Нас разделяло ущелье. Расстояние в 300 метров, вполне приемлемое для выстрела. В какой-то момент пасущееся животное насторожилось. Медведица подняла вверх морду и стала принюхиваться. Еще несколько минут, и она бы скрылась в ближайшем лесочке, чего бы мне в силу своей женской сущности очень хотелось… Но последовали выстрелы. Зверь был добыт… Фото на память... Охотники остались разделывать зверя, а мы отправились в сторону нашего лагеря.

Кто считает медведей?

По возвращению в Алматы я обратилась за консультацией в Институт зоологии, главным моим вопросом было: производится ли сегодня на территории нашей республики мониторинг состояния популяции бурого вида медведя и среды его обитания? В частности: определение численности и плотности популяции, ее половозрастной структуры и темпы воспроизводства, распределение животных и состояние их кормовой базы, а также учет нелегальной добычи и анализ конфликтов с человеком.

– К сожалению, никакой работы уже давно не ведется, – говорит сотрудник Института зоологии, зоолог, автор нескольких книг о буром медведе, один из авторов «Млекопитающие Казахстана» Юрий Александрович Грачев. – В последнее время, до 2009 года (включительно) в Институт поступали сведения из областных территориальных инспекций Комитета лесного и охотничьего хозяйства, в свою очередь полученных из охотхозяйственных организаций и ООПТ. Так, на 2009 год по ВКО была озвучена цифра – 1 300 особей бурого медведя. С 2010 года эти данные отправляются в ТОО «Охотпроект». Если опираться на эти сведения, доверять им, то численность медведя, с тех пор, когда мы занимались его изучением вплотную в 70-80-е годы, даже увеличилась. Но чтобы делать реальные выводы, нужно вновь возобновить работу. Надеюсь, это все-таки произойдет в ближайшее будущее.

Текст Наталья Боровая

0
Голосов еще нет

Задать вопрос автору