Соль Земли

…Прохладные воды Каспия постоянно играют со своими вызывающе плоскими берегами. Каспий все время в движении, то, наступая, поглощает своими синими волнами значительные площади пустыни, то вдруг отодвигается от берегов, оставляя после себя сотни километров бесплодной земли и соли. Эти своеобразные приливы и отливы длятся тут, правда, не часами, а десятилетиями и столетиями.

Понятно, почему соль у здешних берегов – третья стихия. После моря и пустыни. Соль – целый мир, мир смерти, в котором нет места ничему живому. Так, по крайней мере, кажется издали. Но стоит озаботиться интересом и подойди поближе, как на глаза тут же попадется юркая птаха, которая выискивает что-то в обжигающем киселе рассола. Что-то явно съедобное. А длинные черные полосы по берегам солонца окажутся сплошь состоящими из панцирей каких-то комариков и их высохших личинок. Если же вооружиться еще и микроскопом, то окажется, что там, где жизнь невозможна по определению, обитает еще масса всяких экстремалов – например, водоросли.

Солончаки и солонцы – все время сопутствуют тому, кто движется вдоль каспийского побережья. То в виде забитых рапой «пастей» моря, то пышущими адским зноем солеными впадинами, над которыми висят вечно дрожащие монстры причудливых миражей, то изящными «озерцами», состоящими все из той же соли, самых разных оттенков светлого – от ослепительно белого до насыщенно-розового.

Два таких застывших озера – Акколь и Кызылколь раскинулись по обе стороны короткой дороги, связывающей два исторических поселения Мангышлака – Форт-Александровский (ныне Форт-Шевченко) и станицу Николаевскую (ныне Баутино). Водители микроавтобусов и таксисты проносятся мимо соленых озер с лихим свистом – ничего интересного тут нет, зато любой «гаишник» на этом голом пространстве виден за версту. А между тем, некогда вокруг этих озер кипели нешуточные страсти.

С появлением рыболовства на Каспии, его соль, столетиями лежавшая мертвым грузом, неожиданно обрела конкретный смысл и реальную ценность. Единственным способом сохранения выловленной рыбы (для последующей транспортировки к потребителю – до которого тысячи верст!) первоначально было лишь соление. Известно, что в 1899 году на нужды рыболовства в Эмбенском и Мангышлакском участке было израсходовано 241 900 пудов соли!

Но самой лучшей солью считалась кызылкольская. Местные до сих пор уверены, что благодаря этой красноватой соли рыба приобретала столь изысканный вкус, что ею не брезговали и русские цари, к столу которых она отправлялась прямиком от мыса Тюб-Караган. Неслучайно повсеместно бесплатная и малоценная соль Мангышлака тут, у Форта, отпускалась в одни руки с ограничениями. На семью рыбопромышленника – 150 пудов, адаевским биям – по 10, а всем прочим – по 2 пуда на год.

0
Голосов еще нет

Задать вопрос автору