Семенов-Тянь-Шаньский. Заилийский край (2)

путешественник Семенов-Тянь-Шаньский, путешествие Семенова-Тянь-Шаньского

…Чем ближе приближались к Или, тем сильнее билось сердце. Ведь там, за рекой, лежала совершеннейшая terra incognita, земля, про которую европейская наука знала лишь понаслышке. Тут – заволнуешься! Впрочем, охладило купание. Вынужденное.

«Переправа наша через Или оказалась довольно затруднительной и взяла немало времени… Тарантас мой переправили кое-как на каюке, но я сам вынужден был переправляться с казаками верхом вплавь».

Переправившись через Или, Семенов оказался в вожделенном Заилийском крае. Повторить его маршрут ныне смогут только дайверы. Потому что старая илийская дорога, которая вела из Капала в Верный, давно на дне рукотворного Капчагайского моря. Там же – и едва появившийся при Семенове Илийский пикет, со временем ставший не только главной переправой (мост вскоре появился), но и речным портом на Или.

путешественник Семенов-Тянь-Шаньский, путешествие Семенова-Тянь-Шаньского

Поселок ушел на дно вместе со всеми своими мостами, домами и даже кладбищем. А место его занял Капчагай – городок-неудачник, пока так и не ставший полноприводным (как замышлялось) спутником Алматы. Как, впрочем, не ставший и: международным курортом, энергетическим сердцем Семиречья, центром фарфорового производства, местом изготовления промышленных роботов. Ныне Капчагай позиционируется, как средоточие мировой игорной мысли, эдаким региональным Лас-Вегасом. Ему – и карты в руки!

Впрочем, вряд ли нашего путешественника в тот день, на излете лета 1856-го, терзали размышления о будущем Илийского пикета. Потому что перед глазами развернулась такая картина, которая не забылась до самой смерти!

«Все время нашего перегона от Илийского до Алматинского пикета мы видели перед собой колоссальный Заилийский Алатау. Хребет этот простирается от востока к западу более чем на 200 верст, поднимаясь в своей середине до исполинской высоты. По самой середине его возвышается трехглавая гора, имеющая более 4 ½ тысяч метров абсолютной высоты».

путешественник Семенов-Тянь-Шаньский, путешествие Семенова-Тянь-Шаньского

А далее Семенов открывает ту квинтэссенцию Заилийского Алатау, которая и выделяет этот хребет из всех иных гор мира:

«Нигде в Евразии мне не удалось видеть так близко более высоких гор, так как в Швейцарских Альпах, на Кавказе, в Туркестане и даже в более высоком Тянь-Шане исполинские снежные гребни бывают видны лишь только с больших абсолютных высот и нигде не достигают высоты 4000-4500 метров над зрителем, какую имеет гребень Заилийского Алатау, непосредственно поднимаясь над Илийской низменностью».

Добавлю, что мне довелось видеть много гор в других точках Земли, там, где Семенов-Тянь-Шаньский так и не побывал – и мне остается только подписаться под строчками великого географа. А еще добавлю, что картина, которая раскрывалась перед ним в тот августовский вечер, когда садящееся солнце высвечивало все подробности маячившего перед глазами хребта во всем его величии (от степных «прилавков», через пояс горных ельников – до вечных льдов и голых скал) – одно из самых удивительных зрелищ в мире!

…Солнце скрылось за горизонтом, но горы еще купались в розовых лучах закатившегося светила, отбрасывая на темную равнину нежную небесную тень.

«На последнем нашем перегоне от Алматинского пикета до Верного (35 верст) уже совершенно стемнело, а когда мы стали подъезжать к Верному, наступила темная ночь».

Тем не менее – поселение, появившееся тут за два года до Семенова, еще не ставшее городом, встретило путешественника яркой иллюминацией!

0
Голосов еще нет

Материалы по теме:

Задать вопрос автору