Казахская лошадь и… сенсация!

Текст: 

Прошли тысячелетия с того времени, когда человек приручил лошадь. С тех пор в разных странах выведено множество конских пород – от карликовых, размером с собаку, до гигантов-тяжеловозов. Какие же лошади у современных казахов, населяющих те же евразийские просторы, где когда-то произошло их одомашнивание?

Во время исследования этой темы выяснилось, что у казахов, как и у их предков, обитавших на территории Казахстана, были лошади разных пород. По свидетельству многих источников, все они отличались и были славны своей быстроходностью и выносливостью. Причем, всегда делались различия между лошадьми, предназначенными для пищи и изготовления из их кожи одежды и предметов быта, и между теми, которые участвовали в бою и конных играх и состязаниях. Тех лошадей, которые занимали первые места на скачках – байге, казахи никогда не отдавали под нож, давая им дожить до старости, и потом предавали почетному захоронению.

«Подобной лошади мне не случалось видеть никогда…»

Соответственно, различались породы лошадей. Разводились такие, которые были предназначены исключительно для того, чтобы радовать глаз своей внешней красотой, грацией и быстротой бега. Это очень живописно иллюстрируют фрагменты из воспоминаний Мухаммеда Хайдара Дулати о рассказе хана Могулистана Султан-Саида о своей поездке в гости к казахскому хану Касыму:

«После нашего свидания Касым обратился ко мне со словами: «…в земле нашей нет ни садов, ни зданий; полюбоваться скотом, который пасется – вот цель наших прогулок; поедем же в табун, поглядим на лошадей и, кстати, проведем несколько времени вместе в приятном сообществе». Когда мы приехали, хан показал мне весь свой скот и сказал: «У меня есть две лошади, которые одни стоят всего табуна». Хан часто говаривал потом, что в жизни не видал подобных лошадей. Касим, когда привел лошадей, обратился к хану и сказал: «Степнякам без коня жизнь не в жизнь, эти два коня – самые надежные изо всех; обоих подарить не могу, но Вы, дорогой гость, выберите себе любого, только другого оставьте мне». … Хан взял себе одну, ее звали Оглан-Турук.… Подобной лошади мне не случалось видеть никогда.… Хан, весьма довольный Касимом, возвратился в Андижан».

Если хан Могулистана Султан-Саид и Мухаммед Хайдар Дулати, сами знавшие толк в лучших лошадях тогдашнего Востока, никогда не видывали таких скакунов, предложенных в подарок, то можно представить, какие же лошади были у хана Касыма!

Фальк Иоганн-Петер, шведский естествоиспытатель, будучи на службе в Российской Императорской Академии Наук, в 1771 году побывав в казахских (в те времена – киргизских, по академическим канонам Царской Российской Империи) степях, так описал местных высокопородистых лошадей:

«Киргизская лошадь, – вроде русской, но побойчее и полегче. В Средней Орде очень много тигровой масти. За такие экземпляры в Бухаре платят большие деньги…».

В то же время Фальк описал и другие породы казахских лошадей в сравнении их с теми, что есть у соседних кочевых народов:

«Киргизские лошади мало разнятся от калмыцких, однако, обыкновенно бывают ростом несколько выше. Они равномерно дики и быстры, да и привыкли во всю зиму промышлять себе корм, разгребая снег копытами, и через то облегчается прочему скоту паства...».

«Скотоводство их вообще башкирскому подобно. Да и самый род лошадей и рогатого скота таков же. Только киргизские в рассуждении того, что, бродя в теплых степях, не столько холодом и голодом изнуряются, как башкирские, бодрее, диче и пригожее. К упряжкам очень трудно их приваживать…».

Масти и история

Современные чистопородные казахские лошади имеют высоту в холке 131-139 см, обхват груди 158-166 см, обхват пясти 16-19 см. Масть – гнедая, рыжая, саврасая, буланая, мышастая, серая, вороная. Аллюры казахских лошадей не столь длинны, но именно поэтому среди них часто встречаются иноходцы. Это очень ценится казахами, поскольку в длительных пробегах и дистанционных скачках лошади с таким бегом проявляют высокую выносливость. Казахских лошадей используют под седлом, вьюком и в упряжи. Кроме того, их разводят как продуктивных животных для получения мяса и молока.

Под воздействием разнообразных климатических условий Казахстана и в результате скрещивания с туркменскими, монгольскими, а на севере ареала и с дикими лесными лошадьми, внутри казахской породы образовались разные местные типы, представленные несколькими отродьями: западно-казахстанским джабе, центрально-казахстанским, адаевским, южно-казахстанским, семиреченским, найманским и южно-алтайским. Путем скрещивания местных казахских кобыл с жеребцами заводских пород и воспроизводительного скрещивания выведена новая кушумская порода лошадей.

И… сенсация!

Есть все основания полагать, что многие, если не все, породы лошадей Казахстана являются результатом преемственности селекции с древнейших времен. Местная степная порода, происходящая от лошадей, которых еще в V веке до нашей эры разводили в степи предки казахов, сформировалась в природных условиях естественного табунного содержания (без подкормки в течение всего года).

Неслучайно античный автор Геродот еще в древности отмечал, что лучшие лошади у массагетов, а затем у парфян. Массагеты же, как известно, обитали на юге Казахстана, и, как все сакские племена, являются одними из культурно-расово-генетических предков казахского этноса наряду с тюрками, угро-финнами и монголами.

Именно об этом свидетельствует сенсационное заключение британских ученых, опубликованное в журнале Science, его краткое изложение доступно на Nature News. В нем говорится о том, что впервые лошади были приручены примерно 5,5 тыс. лет назад на территории северного Казахстана представителями так называемой ботайской культуры. Доказательством этого служат найденные археологами при раскопках фрагменты конской сбруи. До этого ученые предполагали, что впервые человек приручил коня на тысячу лет позже – в бронзовом веке.

Анализ найденных конских костей показал, что с анатомической точки зрения домашние лошади еще мало отличались от своих диких собратьев – тарпанов. Изменениям подверглась только форма пасти и зубов как результат использования удил. Данные американского ученого Д. Энтони показывают, что четверть всех исследованных лошадиных зубов из Ботая имеют следы от удил, также археологами на Ботае обнаружены застежки пут и элементы удил. В керамических сосудах ботайцев обнаружены остатки кобыльего молока, что свидетельствует об употреблении ими кумыса.

Многолетние раскопки этого уникального поселения, начатые в 1980 году, позволили исследователю Виктору Зайберту обоснованно выделить особую Ботайскую энеолитическую культуру. Многопрофильными научными исследованиями феномена ботайской культуры занимались ученые из Алма-Аты, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Москвы, Челябинска, США, Петропавловска. В рамках изучения проблем ботайской культуры было проведено несколько международных симпозиумов с участием ведущих ученых Великобритании, Германии, Ирана, Канады, США, Чехии, Финляндии, Японии, России, Казахстана и Украины, которые в известной мере ответили на вопрос о времени и степени одомашнивания лошади в степной зоне Евразии.

Макет юрты, точно повторяющий древнее жилье ботайцев, сделанный из материалов, аналогичных используемым ботайцами, был построен на берегу озера Шалкар, и сегодня является музейно-историческим комплексом. Все объекты ботайской культуры взяты под охрану ЮНЕСКО.

0
Голосов еще нет

Материалы по теме:

Задать вопрос автору