Благословенный город Михаила Зощенко

9 августа – день рождения великого советского сатирика Михаила Михайловича Зощенко. Полтора года из отпущенных ему шестидесяти четырех Зощенко прожил в Казахстане, точнее – в Алма-Ате. Здесь он, наконец, начал писать главную книгу своей жизни – «Перед восходом солнца».

«Я взял с собой двадцать тяжелых тетрадей. Чтобы убавить их вес, я оторвал коленкоровые переплеты. И все же они весили около восьми килограммов из двенадцати килограммов багажа, принятого самолетом. И был момент, когда я просто горевал, что взял этот хлам вместо теплых подштанников и лишней пары сапог. В черном рваном портфеле я привез мои рукописи в Среднюю Азию, в благословенный отныне город Алма-Ата».

Полный доходяга

В Алма-Ату Зощенко приехал, как тогда выражались, полным «доходягой». Лидия Чалова, которую Зощенко встретил в Алма-Ате, и которую часто называл «женой», вспоминала: «Когда я впервые взглянула на Михаила Михайловича, то глазам своим не поверила. Я видела дистрофиков в Ленинграде, сама была почти что дистрофик, но чтобы здесь, в глубоком тылу, так ужасно мог выглядеть человек – нет, это было невыносимое зрелище. Я спросила, как ему удалось довести себя до такого состояния? Он сказал, что получает четыреста граммов хлеба, половину съедает, а половину обменивает на пол-литра молока и луковицу… Я вызвала врача. Он определил: дистрофия… Написал справку. С помощью этой бумажки сценарный отдел (Зощенко тогда работал на ЦОКСе – Центральной объединенной киностудии – авт.) выхлопотал Михаилу Михайловичу месячное питание из больницы Совнаркома. Такое обильное, что хватало на двоих. Но месяц прошел, нужно было оформить право на получение питания по лимиту, а Михаил Михайлович вдруг заупрямится. Нужно было идти в торготдел, а он не хотел просить, не хотел писать. Говорил, что это неудобно во время войны. Я сказала: «А удобно умирать во время войны в Алма-Ате от дистрофии?». И все-таки заставила написать в торготдел. Взяла записку и вот прихожу. Мне говорят: «Как, Зощенко в Алма-Ате? Уже год? А мы ничего не знаем…».

Кроме истощения, писатель тяжело переносил непривычную высоту, перепады давления, Зощенко не раз вынужден был останавливаться на улице, хвататься за сердце, пережидая, когда уймется боль… И тем не менее он не раз отказывался от предложения переехать в Ташкент. Все дело в том, что в Алма-Ате он вдруг нашел для себя неожиданный и непривычный, почти семейный комфорт. Появилась женщина, которую он полюбил, появилось время, нужное для написания Главной книги. Зощенко поселили сначала в гостинице «Дом Советов», она находилась на углу нынешних Кабанбай батыра и Панфилова.

Но жить там оказалось делом крайне утомительным. В гостинице обитал почти весь эвакуированный «Мосфильм» и вместе с ним «вся соль писательской элиты СССР». Как сказал о «Доме Советов» поэт Владимир Луговской, «живем в бедламе, набитом бесприютными людьми». «Заселили гостиницу люди, которые еще до войны вместе работали, хорошо знали друг друга, – вспоминает Л. Чалова. – И, естественно, шум, гам, поздние посиделки, бесцеремонное хождение из номера в номер. Не привыкший к подобному образу жизни Михаил Михайлович чувствовал себя в гостинице нехорошо. Нервничал, раздражался – работать не мог.

И тогда, не видя иного выхода, сделал несвойственный ему шаг: пошел за помощью в Союз писателей. И так совпало, что как раз в эти дни туда поступило заявление от преподавателя философии Алма-Атинского университета (имеется в виду нынешний АГУ им. Абая – авт.) У.М. Балкашева, предлагавшего кому-нибудь из эвакуированных писателей занять его кабинет. Он уезжал в Москву, на работу в Казахское постпредство, и вот решил сделать это доброе дело. Комната была небольшая, но очень уютная: письменный стол, стул, тахта, библиотека. Что еще надо для работы и отдыха?».

Алдар-Косе говорит по-русски

В квартире Балкашева Зощенко не только писал статьи на фронтовую тему, не только работал над книгой, он еще и изучал казахский народный юмор. Сегодня, наверное, только единицы из нас знают, что первый перевод казахских народных сказок о «безбородом обманщике» Алдаре-Косе сделал Михаил Михайлович Зощенко…

И вот, спустя год книга «Перед восходом солнца» написана. Зощенко не знал тогда, что эта книга принесет ему такую боль, с которой он не сможет справиться, и которая в конце концов сведет его в могилу. В 1943 году в журнале «Октябрь» вышли первые главы романа. Начался разгром. Журнал «Большевик» писал: «Тряпичником бродит Зощенко по человеческим помойкам, выискивая что похуже. В Советской стране немного найдется людей, которые в дни борьбы за честь и независимость нашей Родины нашли бы время заниматься «психологическим ковыряньем». Но в полной мере «карающий меч народного гнева» упал на голову «преступника» только в августе 1946 года. Зощенко был заклеймен как пропагандист «гнилой безыдейности, пошлости и аполитичности» и изгнан из Союза писателей, а также из всех журналов, с которыми сотрудничал, а издательство расторгло с ним договор на его книгу и потребовало вернуть аванс.

Ни на одну работу – даже сапожником – его не брали, так же как и его жену, тоже носившую «заклейменную» фамилию. «Нам хорошо известна физиономия Зощенко и недостойное поведение во время войны, когда Зощенко, спрятавшись в тылу, ничем не помогая советскому народу, написал такую омерзительную вещь, как «Перед восходом солнца», – говорил тогда идеолог Жданов.

Жданов безбожно соврал. Писатель сражался с фашистами своим оружием – сатирическим пером: писал рассказы и фельетоны, разоблачающие гитлеризм. Они печатались в «Крокодиле», «Огоньке» и других изданиях, а рассказ «Кукушка» был опубликован в новогоднем номере «Казахстанской правды» в 1941 году. Кроме того, писатель не мог воевать – сказались последствия первой мировой войны. В 1915 году Зощенко ушел добровольцем в действующую армию, чтобы, как вспоминал он впоследствии, «с достоинством умереть за свою страну, за свою родину». В канун Февральской революции он был уже командиром батальона, кавалером четырех боевых орденов, штабс-капитаном…

Уехав из Алма-Аты, Зощенко не забыл о гостеприимном городе. В своей статье «О юморе в литературе» он писал: «юмор свойственен казахскому народу в высшей степени, и поэтому он должен занять подобающее место и в письменной литературе». Зощенко очень хотел, чтобы в Казахстане возник собственный театр сатиры. К сожалению, при жизни эту свою мечту он так и не смог увидеть…

0
Голосов еще нет

Материалы по теме:

Задать вопрос автору